Российское гуманистическое общество

www.humanism.ru

Главное меню

Поиск по сайту

Слова "дух" и "духовность" вчера, сегодня, завтра

Валерий КувакинВалерий Кувакин

В 2002 г. в Транснациональном Центре Исследований, основанном Полом Курцем (Амхёрст, N.Y., USA http://www.centerforinquiry.net/) была запущена программа международных гуманистических школ. В раздаточных материалах второй летней школы (2003) был лист бумаги, на котором Том Флинн (Tom Flynn, редактор журнала «Фри инквайери», исполнительный директор Совета по секулярному гуманизму, директор отдела медиа Центра Исследований) предложил «95 способов избежать употребления понятия “дух”», ставшего в наше время архаичным и, с его точки зрения, уместным для употребления лишь в религиозных учениях и практиках, где этому понятию придается определенный догматический смысл.

Применительно к слову «дух» я бы добавил такие области его применения, как поэзия, художественная литература, искусство в целом, а также язык повседневности. В этих нишах жизненного мира человека слову «дух» придается метафорический, символический или смутный психологический и эмоциональный смысл. Однако ясно и то, что это слово все более устаревает, поле его бытования неуклонно сокращается.

Мне понравилась задумка Т. Флинна. Действительно, идеи рождаются и умирают, их содержания постоянно меняются, уточняются, искажаются и даже извращаются в человеческой истории, коей они принадлежат и вне которой они не существуют. То же самое происходит и с понятиями, их обозначающими. Случаев, когда со временем словам начинают придавать смысл, противоположный изначальному, сколько угодно («аура», «энергетика», «фискал», «пиар» и др.). Особенно ярко эта динамика заметна в переходные эпохи или во времена засилья идеологической, в основном политической и религиозной пропаганды или разнузданных рекламных компаний, способных в короткие сроки вывернуть наизнанку сознание потребителей, так же как и смыслы слов.

Вместе с тем, к словам, как и к вещам или людям можно привыкнуть, они могут приобретать устойчивые признаки чего-то своего, родного, даже любимого и т.д.  К такому роду понятий принадлежит слово «дух». Слово это древнее, но, тем не менее, и оно пришло не из царства Платоновых вечных идей, а из истории. Коль скоро это так, то его историчность накладывает на него печать времени, старения и, скорее всего, неминуемой смерти. Слово «дух» как что-то реально существующее уже вышло из употребления в таких областях знания и практик, как наука, научно-ориентированная психология, когнитивные и компьютерные науки, науки о поведении; оно не признается по принципиальным соображениям в таких мировоззренческих парадигмах, как материализм, натурализм, атеизм, скептицизм, светский гуманизм и т. п.

Но вернемся к предложенным Томом Флинном 95 способам избегать употребления слова «дух» в таких контекстах, где оно может выглядеть неуместным и смутным. Ниже скан того листка бумаги, который был роздан участникам упомянутой международной летней гуманистической школы. Я не лингвист и мои знания английского далеки от совершенства, тем не менее, позволю себе дать общее представление о позиции Флинна.  Он выделил семь общих значений понятия духа: как обозначение чего-то живого, жизни (life), настроения (mood), силы (vigor), возвышенности, одухотворенности (sublime), мужества и твердости (courage), как сущности или субстанции чего-либо (nature), интенции, намерении (intend) (сделать что-либо в духе кого-либо или чего-либо). Я сомневаюсь, что нам нужно всячески избегать слова «дух». Но в тех случаях, которые достаточно конкретны и определенны, нам легко подобрать адекватные синонимы, т.е. столь же конкретные и определенные слова. И тем более Флинн прав в том, что слово «дух» как обозначающее нечто мистическое или трансцендентное, так же как и «духовность» в смысле чего-то особенного, присущего человеку, едва ли уместно в светском или нерелигиозном контексте.

Когда произносят слово «дух», как правило, забывают его изначальные масштабы. Как философская категория он относится к субстанциальным реальностям – Богу, мировому злу и т.д. И в обиходе это слово полярно противоположно по своей окраске, будучи употребляемым как в высоком, так и заниженном смысле. Одно дело «вдохновлять», другое – «ну и дух у тебя в подполе», «у тебя здесь задохнешься».  Мне запомнился разговор с соседом в салоне самолета. Им оказался епископ Южно-Сахалинский и Курильский Аркадий (А.П. Афонин). (https://ru.wikipedia.org/wiki/Аркадий_(Афонин). Мы заговорили о духовности. Неожиданно он сердито сказал, что слова «дух» и «духовность» затаскали и понимают их односторонне, тогда как с духом связан не только Дух Святой, но и дух князя тьмы, есть и дух злобы, войны... Я не ожидал такого от священнослужителя. Однако мне не оставалось ничего другого кроме как согласиться с владыкой.

Сегодня слово «духовность» претерпело очередную трансформацию. В СССР под словом «духовность» понимали ту черту интеллигентного человека, которая связана с его высокой нравственностью, воспитанностью, образованностью и т.п. В этом понятии не было ничего религиозного. Когда религия вернулась в Россию, то и слово это вернулось к православию, которое им и монопольно владело до советского этапа истории страны. Но, как было сказано, его семантика даже в религиозном языке искажена и весьма двусмысленна. Духовность – это своего рода идеализация и редукция понятия «дух». Кроме того, в нем доминирует «дух» абстрактности и неопределенности, облачности и пустоты.  Я много раз спрашивал у людей, что означает это слово. Но никогда я не получал ясного ответа. К счастью, в современном русском языке есть много синонимов, помогающих выразить смысл того, на что претендует «духовность», точнее и конкретнее.

Таковы, вкратце, мои представления о слове «дух» и «духовность».

Я не подсчитывал сколько в русском языке может быть синонимов этого слова. Думаю, не меньше чем тех девяносто пяти в английском, которые предложил Т. Флинн.